timelapse

Эксперт Transsolar Надир Абдессемед — о микроклимате в «Зарядье»

Темы в материале

Парк «Зарядье» примечателен не только своим расположением, но и сложными технологическими решениями. Какие параметры «природного урбанизма» смогут ощутить на себе его посетители, рассказал консультант по устойчивому развитию и энергоэффективности городской среды компании Transsolar Надир Абдессемед, участник команды-консорциума, победившей в конкурсе на архитектурно-ландшафтную концепцию парка.

 В чем заключается инновационность парка «Зарядье» с точки зрения климата?

Климат и поиск комфорта — это то, с чем мы живем на протяжении тысяч лет. Часто даже в наши дни мы не знаем, как бороться с самыми простыми проблемами ландшафта. В этом нет никакой магии. Наше восприятие окружающей среды связано с ветром, солнцем, материалами, влажностью, и, конечно же, с температурой.

Идея заключается в том, чтобы просто взять все эти ингредиенты и экспериментировать и играть с различными особенностями ландшафта для создания особых рукотворных климатических условий.

— Вы имеете в виду искусственный климат?

Я не люблю использовать слово «искусственный» применительно к климату, потому что возникает ощущение некоей офисной среды, где днем и ночью 20°C. Это не так. Если говорить о технологиях и решениях, нужно спросить себя — а в чем заключаются проблемы? Нам известно, что в России долгая зима и жаркое лето. Если нам удастся создать некий образец климата в уменьшенном или в местном масштабе, или даже в одном здании, вероятно, мы достигнем решения проблем, с которыми мы сталкиваемся в настоящее время в строительстве и других направлениях.

— Речь, конечно, не только о комфорте, но и экологии создаваемых пространств?

Да, безусловно. Вот есть солнце и ветер, влажность и природные материалы, а затем на долгое время не остается ничего. Только тогда мы начнем говорить об использовании активных технологий, фонов, пологов насаждений, частично затененных пространств и об ощущениях. Это не потребует использования какого-либо ископаемого топлива, а значит, мы останемся абсолютно нейтральными энергетически и независимыми от углеводородов. Это означает, что мы сможем просто перемещать тепло из одного пространства в другое, а также в перспективе генерировать электричество, чтобы претворять эти изменения в жизнь. Никакой магии. Мы это делали в течение многих тысяч лет. Нужно лишь интегрировать все это в архитектуру, что потребует идей и времени.

— Как вы взаимодействуете с остальными участниками большого международного коллектива проектировщиков парка?

Я был очень впечатлен, когда отправился на строительную площадку парка «Зарядье», тем, насколько продвинулся вперед проект. Важно сохранить этот импульс между международной и местной командами. Технологии являются частью процесса проектирования — мы ежедневно общаемся по скайпу. Пять или шесть лет назад создать такой совместный совет не представлялось возможным. Технологии активно используются, а также идеи и способы их применения в решении пассивных и нормальных ситуаций, но самое главное, их применение в процессе взаимодействия и сотрудничества друг с другом.

— Какие ключевые параметры «природного урбанизма» смогут ощутить на себе посетители парка?

Я бы сказал, что ключевым аспектом является растительный полог. Задача — создать тепло зимой и прохладу летом. Здесь предстоит много работы с вентилированием пространства. Элементы ландшафта должны быть открыты. Нужно также избежать создания эффекта теплицы в летнее время, ведь даже на уровне сознания это стало бы воплощением парникового эффекта, который переживает планета. Это совсем не то, что нам требуется. Изменение динамического климата соответственно погоде очень важно. Также важнейшей задачей является генерация электроэнергии на месте, если мы не хотим расточительства с точки зрения энергии. Я бы сказал, эти два аспекта имеют решающее значение.

Мэри Маргарет Джонс из ассоциации ландшафтных архитекторов Hargreaves Associates, вероятно, сказала бы, что насаждения имеют первостепенное значение, ведь свет под оболочкой связан с производством электроэнергии. Если свет используется для выработки электроэнергии, для растений его будет недостаточно. Эти два аспекта должны быть учтены для поиска оптимальных архитектурных решений.

— А вообще, какие вызовы для проектировщиков и инженеров заключает себе современный парк, как вы думаете?

— Вы знаете, парк, конечно, нужно рассматривать в контексте окрестностей, понимать, как он используется в настоящее время, и думать, как его можно использовать дальше. Моя задача — думать о том, как люди видят пространство со стороны. Потому что, конечно, зимой хочется солнечного света, и в этом заключается трудность. Летом хочется закрыть пространство от палящего солнца, но чтобы свет все же проникал. Вот, что меня интересует. Может быть, нужны дополнительные навесы, выдвижные и перемещающиеся в зависимости от назначения. А как насчет воды? Можно ли завести воду на территорию? Я бы хотел узнать больше о ветре и деревьях, ведь вам важна эта информация — пространство открыто всем ветрам. Как видите, есть много вопросов, на которые нужны ответы.

— Расскажите о проекте вашей компании на нынешней Венецианской биеннале, ведь вы показывали там очень интересную инсталляцию на тему, заданную Алехандро Аравеной?

— Да, точно. Это была инсталляция о национальной идентичности. Мы создали пространство в Арсенале и выстроили инсталляцию под названием Lightscapes. Она представляла собой пространство, через которое пролегает путь из лучей света, прорезающих туман, такой дождь из света. В принципе, это олицетворяет самую суть понятия идентичности и соотносится с нашим проектом «Лувр Абу-Даби», который мы делали с Джином Нувелем. Существует некая связь между этим проектом и инсталляцией Lightscapes. В обоих проектах существует такой световой дождь, льющийся в пространство. Вы видите все эти световые лучи, подобные тому, что иногда можно увидеть на Центральном вокзале Нью-Йорка. Я думаю, что это самая фотографируемая инсталляция всей венецианской биеннале.