Мэр Москвы Сергей Собянин дал эксклюзивное интервью «Вечерней Москве».

— Недавно вы вручили награды конкурса «Московская реставрация». Число его участников побило рекорд. С чем вы связываете рост популярности?

— В этом году мы завершили реставрацию 184 памятников архитектуры. Всего же с 2010 года — 1167 объектов. Огромные объемы реставрации — отсюда и большое число за явок на конкурс. Жюри конкурса было из чего выбирать.

— Как реставрация влияет на городскую среду?

— На мой взгляд, реставрацию и благоустройство городской среды разделить просто невозможно. Это две стороны одной медали. Поэтому на протяжении последних лет мы упорно занимались тем, что реставрировали памятники, ремонтировали фасады, приводили в порядок улицы, площади и скверы, создавали новые парки. Эта работа казалась бесконечной. И первый вопрос, который мне задавали люди: «Ну сколько еще мы будем мучиться, ну когда же можно будет наслаждаться городом?» Уходящий год стал точкой, когда все многие объекты и решения были реализованы и дали синергию. Москва, как бы враз, стала красивее, комфортнее и дружелюбнее. Но это итог всей огромной работы предыдущих лет.

— Где сконцентрированы основные реставрационные работы?

— На ВДНХ. Несколько лет назад мы приняли эту территорию настолько в ужасном состоянии, что сегодня требуется привести в порядок буквально каждый клочок земли и реставрировать каждый квадратный метр исторических зданий. Причем делать это, не закрывая ВДНХ и не лишая москвичей и гостей столицы возможности отдохнуть на главной выставке страны.

Фонтан «Золотой колос» был разрушен фактически до основания. Молодое поколение никогда не видело это фантастическое зрелище — 66 струй воды высотой до 25 м в высоту.

Мы не просто восстановили «Золотой колос». Вокруг него был создан ландшафтный парк, очищены пруды, созданы пешеходные дорожки, высажены цветы и деревья. И теперь «Золотой колос» — уже не одинокая скульптура на сером фоне. Вокруг фонтана — огромное благоустроенное пространство.

Павильон «Космос» — трудно было поверить в то, что его можно вернуть к нормальной жизни. Там был дикий рынок и полная разруха, на голову сыпались стекла и ржавые детали конструкций. Сегодня он не только замечательно реставрирован. Буквально по крохам воссоздана коллекция экспонатов, рассказывающих об истории освоения космоса.

И когда я встречался с космонавтами, которые пришли в новый музей, надо было видеть их лица.  Точно такая же история с другими павильонами. Мало привести в порядок сами здания. Очень важно, чтобы они наполнялись новой жизнью, чтобы в них открывались музеи, театры, образовательные и развлекательные центры, которые будут притягивать тысячи людей.

— Реставрационные работы на ВДНХ пока далеки от завершения?

Результат виден уже сегодня. Когда я несколько лет назад бывал на ВДНХ, окружающая действительность просто вгоняла в депрессию.

Сейчас, когда стоишь на Центральной аллее, тебя начинает захватывать величие этого места, которое уже явственно проступает за паутиной лесов.

Я надеюсь, что пройдет еще буквально год-два — и вся эта красота заискрится, засветится новыми красками. И ВДНХ вновь станет настоящей жемчужиной не только Москвы, но и всего мира.

— ВДНХ — единственный лауреат премии «Московская реставрация»?

— Нет, конечно. Награды получили 23 лучших объекта реставрации Москвы. Например, на станции Подмосковная, где сегодня обслуживаются «Ласточки» МЦК, провели реставрацию исторического паровозного депо. На улице Дубки восстановили старейшую в Москве трамвайную остановку. Казалось бы, транспорт и памятники архитектуры — совершенно разные вещи. Но на самом деле это не так. Ежегодно мы реставрируем и ремонтируем десятки станций метро, железнодорожных станций, депо, парков, гаражей, максимально бережно сохраняя исторические детали.

— Вы говорите о павильонах ВДНХ, паровозном депо, трамвайной остановке. Но для большинства москвичей памятники — это храмы и исторические здания в центре Москвы.

— В центре тоже идут огромные работы. В этом году лауреатами премии «Московская реставрация» стали специалисты, которые реставрировали храм «Большое Вознесение» на Большой Никитской улице и церковь митрополита Петра на Петровке. В Зарядье завершили реставрацию Палат бояр Романовых.

Но особенно, конечно, порадовало окончание реставрации Малого театра. Больше 10 лет на Театральной площади стояли леса и висели строительные сетки. Сначала работы шли в Большом, потом в Малом театре. Теперь все это позади, и обновленная Театральная площадь вместе с Петровкой, Неглинной и Большой Дмитровкой вновь сияют во всей красе.

— Какой вклад в дело реставрации памятников могут внести общественники и волонтеры?

— Работы просто непочатый край. Это — популяризация памятников, добровольный труд, общественный контроль состояния памятников.

В последние годы энтузиасты нашли еще одну интересную нишу. Они находят и восстанавливают старинные надписи и вывески, которые когда-то были сняты или замазаны в ходе многочисленных ремонтов. Эти городские детали очень важны, они придают старым домам особый шарм, которого порой так не хватает.

— Есть ли памятники, за которые у вас, что называется, болит душа? Судьба которых волнует больше всего?

— Когда в 2010 году мы начинали нашу реставрационную программу, специалисты насчитали 1325 памятников архитектуры, которые находились в плохом состоянии. Сегодня число проблемных объектов сократилось до 248 зданий. Тем не менее каждое из них вызывает тревогу.

Все они взяты на контроль — по каждому будем искать решение: заставлять собственников приводить их в порядок, искать инвесторов или ремонтировать за счет бюджета.

— Насколько затратным является восстановление памятников архитектуры?

— Удовольствие, конечно, не дешевое. В 2017 году в реставрацию было вложено 34 млрд рублей. В этом году цифра, конечно, возрастет. Но на долю городского бюджета приходится меньше половины этой суммы. Все остальное вкладывают частные инвесторы, меценаты или федеральные ведомства.

— Что побуждает частников вкладывать свои средства в реставрацию?

— Мотивы разные. Кто-то является собственником памятника и заботится о нем как любой нормальный хозяин. Кто-то выступает в качестве спонсора и благотворителя.

15 памятников, находившихся в аварийном состоянии, мы спасли, передав их в льготную аренду по 1 рублю за квадратный метр, но с условием, что арендатор восстановит их за свой счет.

Огромные средства в реставрацию своих памятников вкладывают федеральные ведомства: Минкультуры, МИД, Минобороны, «Российские железные дороги» и Управление делами президента.

Множество независимых друг от друга источников финансирования дает гарантию, что процесс реставрации московских памятников не остановится. Наоборот, он станет постоянным. Это очень важно.

— Наших читателей волнует судьба конно-спортивного комплекса «Битца». Построенный к Олимпиаде-80, он в последние годы переживает не лучшие времена и нуждается в серьезном ремонте. Что планируете здесь сделать?

— Основные сооружения «Битцы» не знали ремонта с момента открытия почти 40 лет назад. Первые работы мы начали в прошлом году, но их объем явно недостаточен. Поэтому я поручил разработать и реализовать проект комплексного развития конноспортивного комплекса «Битца».

Во-первых, здесь будут отремонтированы все существующие объекты.

Во-вторых, на территории комплекса предполагается разместить детские и спортивные площадки, площадки воркаута, кафе и другие объекты для отдыха и развлечений местных жителей.

В-третьих, мы рассматриваем возможность строительства двух новых крытых манежей с гостевыми денниками (стойлами для лошадей) — это позволит проводить в «Битце» более крупные всероссийские и международные соревнования.

В результате реконструкции КСК «Битца» станет одной из лучших в Европе конноспортивных баз и еще одним местом отдыха для жителей Чертанова.

Юлия Зименко