Что делает проект успешным и чем определяется инновация в архитектуре и в проектировании, а также о технологиях «зеленого» строительства и BIM-технологиях в интервью порталу «Ради Дома PRO» рассказал архитектор и руководитель группы компаний UNK Юлий Борисов.

— Как вы считаете, что позволяет вашим проектам выигрывать многочисленные архитектурные конкурсы? Есть ли что-то, что объединяет их с точки зрения архитектуры?

— С точки зрения архитектуры у нас совершенно разные проекты и многие заказчики даже не очень понимают, что это сделано в одном бюро или даже одним автором. Когда мы приступаем к работе над проектом, мы сначала проводим, можно сказать, исследование по расположению объекта и его особенностям, его окружению, выявляем, какие ценности важны для будущих пользователей. То есть, почему им должно быть в этом проекте хорошо? Далее смотрим, как эти ценности интерпретируются девелоперами, инвесторами этого проекта. Ведь, если это ценность для будущих покупателей, арендаторов, то и добавленная маржа для инвесторов. И только после этого думаем, как все это можно интерпретировать в архитектуре, какие положительные стороны этого проекта мы можем усилить, и как можем убрать или нивелировать негативные элементы. Таким образом, получается не просто «проект», а «проект, в котором есть добавленная стоимость». Собственно, именно это и объединяет все наши работы. При том, что архитектура может сильно различаться.

Кроме того, такая позиция позволяет нам еще улучшить архитектуру, то есть, видимую оболочку здания. Потому что девелопер видит смысл в инвестициях во «внешнюю оболочку», благодаря чему он сможет более эффективно использовать эту площадку, быстрее продать или дороже реализовать партию квартир, офисов и прочее. Таким образом, мы с девелопером решаем единую задачу — сделать проект более ликвидным, конкурентоспособным, эффективным с точки зрения финансовой модели. Одновременно получается синергетический эффект: проект становится ещё интереснее с точки зрения архитектуры.

— А сейчас у Вас в реализации проекты больше связанные с жильем или по коммерческой недвижимости?

— У нас в реализации сейчас самые разные проекты. И жилые, и офисные, и градостроительные. Конечно, преобладают ЖК: это связано с ситуацией на рынке, т.к. жилье сейчас мегавостребовано. Также много крупных инфраструктурных проектов. Например, Центр самбо и бокса в Лужниках, выставочно-образовательные объекты на ВДНХ и целый ряд других. Еще одно направление — проектирование зданий для корпораций, в частности — сейчас в работе проект Роскосмоса.

— Как Вы считаете, чем определяется инновация в архитектуре и в проектировании?

— Инновации определяются, прежде всего, потребностями конечного потребителя: покупателей квартир, собственников и арендаторов офисов и торговых площадей, посетителей инфраструктурных проектов. Например, специальные ноу-хау в области конструктива позволяют сделать более гибкие планировки. В частности, используя большепролетные конструкции в квартире, мы можем подстраивать планировку квартиры под меняющиеся нужды семьи. Пространство становится более мобильным, легко трансформируемым. Увеличилась количество членов семьи — можем добавить одну комнату, таким образом у каждого появляется свое личное пространство, вырос ребенок — пространство можем переоборудовать под гостиную. Таким образом, используя изменения в области архитектуры, конструкций, инженерии, мы можем изменять качество жизни людей в будущих жилых комплексах.

Кроме того, очень много мы «экспериментируем» с зелёным строительством. Большинство наших объектов сертифицируются либо по LEED, либо по BREEAM. И мы считаем, что в этом тоже есть определенная не прямая, но косвенная инновация и выгода для будущих пользователей. Так, если это офисный центр, то людям приятнее работать в этом помещении. Соответственно, компании, которые арендуют либо владеют этим зданием, смогут привлечь лучших специалистов за ту же зарплату: ведь офис становится добавленной стоимостью к их рабочему месту.

— Почему развивается больше зеленое строительство в сфере коммерческой недвижимости, а в жилом сегменте «зеленые» технологии применяют преимущественно в высоком классе?

— Мы же понимаем, что «зеленые» технологии на сегодняшний день достаточно дорогие. И что есть пирамида Маслоу, ее никто не отменял. А подавляющее число жилых проектов — это стандарт- и комфорт-класс, где для потребителей, прежде всего, важна цена. Более того, большой процент покупателей приобретают квартиры в ипотеку. Естественно, они, в первую очередь, смотрят на экономический аспект, нежели чем на экологию.

— Сейчас для застройщиков правительство подготовило программу льготного финансирования на «зеленое» строительство. Как вы считаете, это сдвинет процесс по внедрению зеленых технологий в строительство жилья с «мертвой» точки?

— Конечно, для застройщика пока это не окупаемая вещь. По крайней мере, для жилья. Соответственно, в первую очередь, должно быть какое-то видение государства и усилия по стимуляции этого вопроса на законодательном уровне.

В качестве преференций могут быть большие и лучшие площади на застройку, какие-то налоговые льготы, какие-то компенсации. Если в реальности государство будет хотя бы частично компенсировать затраты на зеленые технологии, это будет здорово. А если еще и в своих объектах будет стимулировать использование таких технологий, то вообще замечательно. Потому что, во всем мире все инновации реализуются, в первую очередь, через механизм стимулирования их внедрения на госуровне.

—А кто, по Вашему мнению, диктует тренды в архитектуре? Заказчик, государство, потребитель?

— На мой взгляд, в массовой архитектуре, конечно, диктует потребитель. И диктует просто-напросто рублем. Так что именно рынок определяет, что хорошо, что плохо.

Однако чаще всего четко сформулировать свой запрос конечный заказчик не может. Поэтому задача девелоперов и проектировщиков осознать, что нужно рынку сейчас, и что будет нужно в будущем, когда проект будет реализован. В силу этих особенностей все новые уникальные решения сначала «тестируются» в отдельных небольших проектах, и только потом предлагаются «широкому рынку».

— Какие, на ваш взгляд, существуют проблемы взаимодействия или разногласия между проектировщиком и производителем стройматериалов?

— У нас нет разногласий никаких и не может быть. Вопрос той или иной неудовлетворенности в палитре применяемых технических решений возможен. Потому что основные, на данный момент, требования — это найти не компромисс, а гармонию между стоимостью материала, его эксплуатационными характеристиками, долговременностью и скоростью монтажа, и удобством монтажа, т.е. технологичностью. И, к сожалению, пока «палитра» материалов не очень большая. Мы видим, что зачастую объекты интересные, хорошие, но они изготовлены не в заводских условиях, а на площадке. Что, закономерно, ведет к тому, что проконтролировать каждый узел, каждый крепеж, каждое соединение на отрыв, на герметичность, на геометрию невозможно. И, соответственно, есть проблема с тем, что с фасада слетают какие-то элементы, где-то текут и так далее.

Во всем мире считается, что проблему может решить только лишь изготовление большей части элементов в заводских условиях. То есть должны быть модульные, prefabricated фасады. Именно за ними будущее, особенно на высотном строительстве, где наверху вообще тяжело что-то монтировать.

Возможно, пока в нашей стране отставание в развитии этого направления связано с тем, что на данный момент все еще есть дешевая рабочая сила. Как только эта «ветка» будет закрыта, однозначно придется вкладываться в станки, в оборудование, в производство, изготавливать фасады в заводских условиях и потом уже монтировать на объекте модульно.

— Хотела бы уточнить про BIM-технологии. Применяете ли в своих проектах и в каких проектах это применение оказалась более успешным?

— Мы уже десять лет применяем BIM-технологии. Сейчас для нас это стандарт, они используются во всех проектах. Это связано с тем, что компания проектирует крайне сложные здания, в том числе много уникальных, и цена ошибки крайне высока. Поэтому мы внедрили BIM-технологии несмотря на все сложности их применения. А сложности действительно есть. Это дороговизна лицензии, необходимость постоянно следить за моделями, не очень большое количество специалистов, которые умеют работать с BIM. Кроме того, требуются усилия и затраты на обслуживание самого процесса: нужны большие сервера, соответствующие квалифицированные сотрудники, и прочее, и прочее. Тем не менее, мы видим, что цифровые технологии ведут к повышению качества проектирования. Соответственно, это дает дополнительные бонусы нашим заказчикам: меньше ошибок, меньше переделок в процессе стройки, выше скорость строительства. И это, опять же, связано в том числе и с тем, что здание уже строится заводским способом. Соответственно, мы отправляем многим подрядчикам уже готовые модели, они их дальше лишь дорабатывают.

— С первого января двадцать второго года, как Вы знаете, BIM-технологии становятся обязательными для тех, кто строит здания за счет госбюджета. Но, я посмотрела, есть ограничения: не будут строиться здания в сфере безопасности и военные объекты. Из-за чего такое ограничение?

— Эти ограничения вполне понятны. К сожалению, BIM-технологии базируются на разработках программного обеспечения не российского свойства. То есть это больше промышленный стандарт, сделанный Autodesk Revit, и прочие системы. Соответственно, это программные комплексы, не лицензированные нашей оборонной промышленностью, что влечет за собой такие ограничения. Если будет софт должного качества и удобства российского производства, который будет сертифицирован для секретных объектов или связанных с военной промышленностью, то, наверное, он будет точно так же применяться.

— Какие архитектурные инновации, на ваш взгляд, появятся в будущем?

— Сейчас один из важных трендов — увеличение площади остекления фасадов. Буквально недавно в нашем проекте — павильоне «Атом» на ВДНХ — смонтировали цельностеклянный фасад. Стеклопакеты достигают 12 метров в длину и 3 метра в ширину. Это достаточно уникальное решение, подобных примеров в России еще не было. Тенденция на использование стекла в отделке существует уже 100 лет и дальше будет развиваться, это раз. Второй тренд — это совмещение функций. Я уверен, что в дальнейшем стекла будут совмещать в себе функции жалюзи, обладать эффектом затемнения. Окна станут «умными» и будут реагировать на внешние изменения климата. Не исключаю, что появится функция регулирования климата каким-то образом. Мы сейчас знаем и используем стекла с электроподогревом, в основном, они используются для прозрачных кровель, когда необходимо растопить снег. Но я уверен, что появятся технологии, которые будут применять и на фасадах.

— Охлаждение, например?

— Возможно будут и охлаждать как кондиционер. Туда же идет история, связанная с генерацией электроэнергии. Илон Маск, основатель компании Tesla, производит черепицу с солнечными батареями. Скорее всего, это затронет и плитку, и окна, и другие элементы. Отдельная область, которая сейчас будет совершенствоваться — это внутренний климат. Последние лет 20 здесь наблюдался застой, серьезных инноваций не было. Надеюсь, что технологии вскоре дадут рывок и в этой области.

— На ваш взгляд, что самое популярное в системе «умный» дом? Какие функции больше всего востребованы?

— Безопасность, климат, освещение, мультимедиа. Безопасность — это когда я ухожу из дома, и все помещения автоматически ставятся на охрану. Сюда же относятся видеокамеры, которые показывают чье-то присутствие, открыты или закрыты окна, что происходит с домашним животным. Также популярны умные розетки, датчики протечки, которые в случае аварии перекрываются... Впрочем, сегодня это уже стандарт.