Счастливого Нового года и Рождества!
timelapse
Все темы

«Позиция жителей должна быть определяющей»

Есть выражение: знает об этом всё и даже больше. К гостье нашей редакции оно имеет прямое отношение, учитывая её профессиональный опыт в сферах строительства и законотворчества. В марте исполнится полгода с того момента, как Елена Леонидовна начала работать в Московской городской Думе, возглавив депутатское объединение «Моя Москва». В столичном парламенте она руководит работой комиссии по градостроительству, государственной собственности и землепользованию. Некоторыми своими задачами, идеями и наблюдениями Е. Николаева поделилась с журналистами «МП».

Окно в строительство

– Елена Леонидовна, ваше погружение в строительную отрасль началось с организации НП «Национального агентство малоэтажного и коттеджного строительства» (НАМИКС)?

– Профессиональное знакомство с этой сферой деятельности состоялось гораздо раньше. В начале 90-х, после окончания факультета управления и прикладной математики МФТИ, я предпочла науке предпринимательство. Организовала несколько малых предприятий, достаточно успешных, среди которых была компания, поставлявшая светопрозрачные конструкции из-за границы в Россию. По сути мы являлись пионерами на отечественном рынке пластиковых окон. Сначала занимались импортом, а потом создали собственное производство и дилерскую сеть. Нашу продукцию покупали строительные компании по всей стране.

В период работы на государственной службе в Администрации Президента РФ я получила огромный опыт общения с бизнесом, в том числе, со строительным, так как отвечала за связи с деловыми кругами и общественными объединениями. Была инициатором и активным участником создания таких организаций, как «ОПОРА России» и «Деловая Россия» (в последней я до сих пор состою членом Генерального совета и руковожу комитетом по сервису и ЖКХ).

Национальное агентство малоэтажного и коттеджного строительства я организовала и возглавила в 2007 году. Мною двигало желание сделать популярным и доступным этот сегмент жилья, поскольку он качественно меняет менталитет жителей, превращает их в настоящих собственников, ответственных граждан. Одним из основных результатов работы НАМИКС стало принятие и реализация целевых региональных программ развития малоэтажного строительства. Мы сняли проблему ипотечной дискриминации «малоэтажки», решили вопрос о выкупе этого жилья для государственных нужд, дали старт проектам комплексного освоения территорий под ИЖС, способствовали развитию стройиндустрии, связанной с данной сферой. В настоящее время около 54% возводимого в России жилья — малоэтажное. Это в семь раз больше, чем 20 лет назад.

Одним из своих главных профессиональных достижений считаю организацию в партнёрстве с Минстроем РФ Российского инвестиционно-строительного форума в период с 2012-го по 2016-й годы. Это ежегодная престижная отраслевая площадка для открытого диалога между органами государственной власти, институтами развития, ведущими строительными и производственными компаниями, экспертами строительного рынка. Помимо выставок, панельных дискуссий, обмена опытом, идеями и технологиями, в рамках РИСФ традиционно отмечаются наградами победители Всероссийского градостроительного конкурса.

Законотворчество в России и Москве

– Как вы решили посвятить себя законотворческой деятельности?

– Когда занимаешься практическими вопросами и постоянно сталкиваешься с правовыми тупиками, накапливается множество идей о путях выхода из них. А законодательное регулирование - это основной рычаг изменений в той или иной отрасли. В Государственную Думу VI созыва я была избрана депутатом от Оренбургской области. Профессиональные интересы обусловили выбор профиля работы. Строительство и дальнейшая эксплуатация объектов тесно связаны между собой. Комплексное развитие территории, долевое строительство, реконструкция, капремонт, благоустройство, всё это – звенья одной цепи. Этими темами занимался Комитет по жилищной политике и ЖКХ, в котором я работала первым заместителем председателя. Результатом моих депутатских инициатив стало принятие 67 законов, включая закон о государственно-частном партнёрстве, и нескольких сотен поправок к действующим правовым актам.

Отдельно хочу сказать о корректировке ФЗ №214 «О долевом строительстве», которую нам удалось осуществить. Мне кажется, нами был продуман хороший механизм, защищающий дольщиков. Но в этой редакции закон проработал всего три месяца. Было принято решение скорректировать его более радикально. И я считаю, это привело к существенному осложнению ситуации на рынке жилищного строительства. Компании не выдерживают нынешней административной и финансовой нагрузки: становятся банкротами, прекращают свою деятельность, не доводя стройки до финала. И теперь от государства потребуется еще больше средств, чтобы решить проблемы обманутых дольщиков.

– В Москве ситуация другая…

– Да, Москва, благодаря некоторым своим особенностям, оказалась в менее драматичном положении. Здесь контроль за развитием ситуации осуществлялся практически в ручном режиме. Именно поэтому число обманутых дольщиков в Москве минимально по сравнению с другими регионами. Конечно, и здесь это явление есть: кто-то из бизнесменов не до конца рассчитал свои возможности, оценил риски. Но благодаря тому, что мэр держит эту проблему под контролем, она успешно решается. Кроме того, в столице хорошо работают контрольные органы, создан свой Фонд обманутых дольщиков, хорошо выстроена коммуникация между органами власти и Клубом инвесторов. Внятно прописаны обязательства города, которые касаются инфраструктуры: есть конкретные планы развития метро, строительства пересадочных узлов, объектов социальной сферы. Четко определено, что будет построено за счёт АИП, а что в рамках инвестпроектов. Так что у бизнеса есть ясное понимание своих возможностей.

Прошедшей осенью на первом заседании нашей комиссии мы обсуждали градостроительную политику и задачи, которые в этой сфере стоят перед законодателями. Перед нами выступил тогда еще заммэра столицы Марат Хуснуллин. Он очень подробно обрисовал картину развития Москвы: стратегию, цели и тактические задачи. Разговор получился очень конструктивным. На все наши вопросы были даны исчерпывающие ответы, причем, даже по отдельным объектам – с цифрами, аргументами. И это логично: достижения и перспективы Москвы, которые мы сейчас видим, были бы невозможны, если бы процессами градостроительства руководили не настолько компетентные люди. Можем ли мы сегодня назвать хоть одну столицу мира, где вводилось бы столько станций метро и наземного ж/д транспорта, автодорожных магистралей, пересадочных узлов, где бы одновременно шло строительство 1,8 тысяч объектов городского значения?

Я считаю совершенно оправданным то, что развитие транспортного каркаса в столице идёт по принципу опережения. В противном случае уже через несколько десятков лет Москва неизбежно бы столкнулась с непреодолимыми проблемами. То же самое можно сказать и в отношение активного развития общественных пространств: парков, площадей, набережных. Всё вместе это формирует комфортную городскую среду для москвичей и гостей столицы.

– С какими идеями вы пришли в Мосгордуму? Как вам удаётся применять в вашей нынешней деятельности полученный федеральный опыт?

– Работа на федеральном уровне даёт широкий взгляд на многие проблемы, на всю систему законодательства. Сейчас мне интересно то, как федеральное регулирование увязывается с региональным. К сожалению, они не всегда согласуются между собой. То, что принимается на федеральном уровне, нужно уточнять и расширять на местах. И наоборот. Сейчас на площадке Московской городской Думы рождаются инициативы для федерального парламента. Один из примеров – программа реновации. Этого опыта у регионов не существует, а он может оказаться востребованным. Некоторые положения программы требуют дополнительного правового регулирования на федеральном уровне. На последнем заседании комиссии по градостроительству, государственной собственности и землепользованию мы внесли на рассмотрение Мосгордумы законодательную инициативу об освобождении от НДФЛ денежных компенсаций, получаемых участниками программы реновации за недополученные квадратные метры жилой площади. От столичного парламента это предложение поступит в Государственную Думу РФ, которая в дальнейшем сможет внести соответствующую поправку в Налоговый Кодекс.

На том же заседании наша комиссия выступила с инициативой включить в московский закон о землепользовании возможность выкупа гражданами - собственниками объектов капитального строительства - арендуемых у города участков для ИЖС, личного подсобного хозяйства и садоводства за 40% от кадастровой стоимости, а не за 100%, как сейчас. Или другой пример: исполнительная власть столицы по федеральному законодательству должна формировать участки под многоквартирными домами и за свой счёт ставить их на кадастровый учет, то есть оформлять эти участки для жителей. Такая норма была прописана в федеральном законе, но не была учтена в московском.

Идей и инициатив очень много. Наше депутатское объединение «Моя Москва» не реже одного раза в неделю проводит круглые столы по самым злободневным проблемам столицы. Назову только последние темы: «Рейдерский захват квартир с долевой собственностью», «Мошенничество с банковскими картами», «Кадастровая оценка объектов недвижимости», «Актуальные проблемы программы реновации», «Конфликты при реализации градостроительных проектов», «Социальная поддержка спортивных тренеров», «Администрирование нарушений закона о тишине», «Незаконное размещение хостелов в многоквартирных домах». Резолюция каждого мероприятия содержит в себе конкретные предложения нормативного характера и обращения к соответствующим ведомствам.

Навстречу гражданскому обществу

– Что вы считаете наиболее важным в вашей депутатской работе?

– По роду своей деятельности я очень много общаюсь с москвичами: на личных приёмах, в рамках круглых столов и прочих публичных мероприятий, в СМИ и социальных сетях. И я вижу, какую огромную общественную значимость имеют коммуникации между властью и жителями. Например, прошлой осенью в Мосгордуме обсуждалась необходимость прокладки Коммунарский ветки метро от «Севастопольского проспекта» до «Улицы Новаторов». Люди высказали самые разные опасения: что «подземка» нарушит их безопасность, так как её маршрут пройдёт через районы плотной застройки, что возникнут риски обрушения грунта при прокладке тоннелей проходческими щитами, наконец, что данная ветка не актуальна для жителей близлежащих районов и не будет загружена планируемым пассажиропотоком. На все эти тревоги и сомнения специалисты правительства и научно-проектной организации дали развёрнутые ответы с наглядной информацией. Горожане интересовались глубиной заложения тоннелей и предельно допустимыми деформациями конструктива домов от воздействия строительных работ. В результате удалось договориться, что строители будут выставлять световые геодезические маячки на стенах жилых зданий, чтобы жители могли вести ежедневный контроль и фиксировать видимые изменения. То есть в открытом и уважительном диалоге возможно достичь какого-то согласия. Но наряду с конструктивными замечаниями мы услышали и другое. Например, нежелание видеть строительство метро рядом с домом, просто потому, что придётся обходить или объезжать этот участок. Я считаю, что такая позиция – типичный потребительский эгоизм. Когда шли ремонт и благоустройство по программе «Моя улица», многих раздражали деревянные помосты, канавы вдоль дорог. Но ведь сейчас все видят, как преобразился город.

Мне кажется, что при всех издержках подобных процессов попытки найти общественный консенсус в русле подобных переговоров очень важны. Все крупные градостроительные проекты надо публично обсуждать, причем, на ранних стадиях, чтобы люди понимали, почему выбирается та или иная трассировка ветки метро, те или иные архитектурные решения для новых кварталов. В качестве примера приведу обсуждение необходимости строительства канатной дороги через Химкинское водохранилище предположительно от станции метро «Сходненская» до станции «Речной вокзал». Эту транспортную линию вызвалась спроектировать и построить частная компания по концессионному соглашению с городом. Готового проекта ещё нет, есть только эскиз, предполагаемые точки посадки опор и примерные расчёты по объёмам пассажиропотока и срокам окупаемости инвестпроекта. Тем более важно именно сейчас услышать пожелания и рациональные предложения жителей, чтобы инвестор-концессионер смог учесть их при разработке проекта канатной дороги и качественно подготовиться к публичным слушаниям. И тем самым прекратить политические спекуляции о том, что строительство «канатки» в таком-то месте – дело решённое и мнение москвичей никого не волнует.

Для меня совершенно очевидно, что в отношении проектов развития города всегда будут группы недовольных, всем угодить невозможно. Ни в одной стране мира такие решения не принимаются с помощью голосований. Но выслушивать разные позиции, учитывать их при подготовке проектной документации просто необходимо. Поэтому для меня, как депутата, самое важное – соблюсти баланс интересов власти, застройщиков, жителей, гостей столицы и законодательно обеспечить гармоничное развитие города.

– Сегодня самая актуальная строительная тема в Москве – реновация жилфонда. Какое участие в реализации этой программы столичные депутаты?

– Прежде всего, наша задача – обеспечить полноту правовой базы для реализации программы реновации. В ходе депутатских дебатов на эту тему мы пришли к выводу о необходимости дополнительного нормативного регулирования (поправки в Налоговый Кодекс) и усиления парламентского и общественного контроля за реализацией программы реновации. По предложению нашего объединения «Моя Москва» при Думе была создана постоянно действующая открытая рабочая групп с участием депутатов, уполномоченных органов исполнительной власти города, общественного штаба, представителей муниципалитетов и инициативных групп. Она работает в режиме круглых столов по разным аспектам реализации программы. В ближайшее время мы обсудим вопросы, связанные с плотностью и высотностью застройки по реновации, качеством жилья, транспортной и социальной инфраструктурой.

У меня есть идея проводить публичные слушания в два этапа. Первый должен быть связан с общей концепцией, второй - с более детальными вопросами по проекту. Для общественных обсуждений, презентаций проектов, получения обратной связи от жителей можно использовать электронную площадку. Сейчас интернет предоставляет нам огромные возможности в части сбора и учёта мнений жителей. Нужно вводить практику дистанционных голосований по градостроительным вопросам, используя систему верификации. Опасения того, что данные могут быть кем-то искажены, я считаю надуманными. Существуют специальные технологии, позволяющие защищать любую информацию от вмешательства извне. И еще, мне кажется, нам надо сделать более доступными те пояснения, которые прилагаются к градостроительным проектам. Информация должна быть наглядной, визуализированной.

Требует обсуждения и тема допуска к публичным слушаниям. Есть мнение, что жители соседних районов должны получить право участия в дискуссиях. В этом есть логика: если решается вопрос развития той или иной улицы, имеющей «пограничное» с другим районом положение, то стоит ли оставлять его жителей в роли сторонних наблюдателей? Есть сомнения и по поводу того, имеют ли право высказываться люди, которые не живут на территории указанного района, а приезжают туда работать. Сейчас, согласно столичному Градостроительному Кодексу, у них это право есть. Но, как мне кажется, нужна дифференциация этих мнений, чтобы позиция жителей на публичных слушаниях была определяющей.

– От многих заслуженных архитекторов и девелоперов приходилось выслушивать мнение о том, что наши сограждане – именно те, которые имеют интерес к общественным темам – порой настолько деструктивно настроены, так необъективны, что все эти диалоги являются лишь формальностью.

– Мне кажется, более сложными бывают ситуации, когда мнения людей делятся в пропорции 50 на 50. То есть половине жителей проект нравится, а половине нет. В этом случае власть должна брать на себя ответственность. Но слышать мнение людей она обязана. И я убеждена, что эти процессы продвигают всех нас на пути к созданию гражданского общества. Мы становимся осознанными людьми. Давайте вспомним прежние времена. Могли ли мы высказаться за или против чего-то подобного? И где бы мы были, если бы взяли на себя такое?

Я люблю приводить в пример историю сооружения Эйфелевой башни. Если бы тогда в Париже проводились публичные слушания, то этого символа столицы Франции просто бы не существовало. Против нее высказывались и рядовые жители, и даже самые передовые общественные деятели. Её воспринимали, как самое непонятное, уродливое сооружение в городе.

Мнение архитекторов я понимаю. Им претит то, что их идеи обсуждают люди малокомпетентные и совершенно неподготовленные. Но дело в том, что эти идеи затрагивают интересы множества людей. Меняется облик, привычные маршруты движения, а, кроме того, стоимость недвижимости. То есть архитектор или девелопер своим решением может увеличить или уменьшить её. Так что здесь возникают обоснованные требования к профессионализму людей, формирующих облик города. Их проекты должны быть высококачественными.

О себе, о времени и семье

– Удаётся ли вам при такой занятости гармонично сочетать работу, общение с детьми, досуг, отдых?

– У меня двое детей. Дочери 22 года, сыну четыре. Конечно, членам семьи хочется, чтобы я уделяла им больше внимания. Моим детям не нравится, когда мне приходится работать в выходные. Так что своих коллег я прошу не привлекать меня к работе в такие дни. Моя дочь учится в Высшей школе экономики, а сын ходит в обычный муниципальный детский сад и уже проявляет себя как лидер. Он очень активный и музыкальный.

– Вы ведь тоже хотели посвятить себя музыке. А сейчас играете?

– Иногда даже сочиняю песни, мы их вместе поём дома. Музыкой я хотела заниматься серьёзно. Меня без экзаменов приняли в Гнесинское училище по классу фортепиано. Но травма руки заставила меня бросить искусство и заняться математикой, причём училась я успешно, побеждала на олимпиадах. А вообще, это очень связанные дисциплины – музыка, логика, математика.

– Вы занимались искусством, наукой, общественной деятельностью. Чтобы вам было интересно попробовать ещё?

– Интересно многое. Например, я иногда беру уроки рисования. Освоила горные лыжи. Сейчас мне интересны вопросы нейрофизиологии, психологии. Не так давно я была на одной лекции, где нам показали, как обычный человек может невербально в течение 20 секунд «считывать» настроение собеседника. Учусь до сих пор, мне интересно всё новое, что происходит сегодня в науке, технологиях. Скорость изменений требует постоянного совершенствования. Люблю цитату из «Алисы в Зазеркалье»: «Нужно бежать со всех ног, чтобы только остаться на том же месте, а чтобы попасть в другое место, нужно бежать вдвое быстрее».

А вообще современный мир так быстро развивается, что наши привычные представления о том, что каждый из нас должен выбирать одну специальность на всю жизнь, уходят в прошлое. Многие профессии с развитием технологий отмирают, некоторые рождаются. Своей дочери на этот счёт я говорю: выбирай не профессию, выбирай дело, которое тебе нравится. И, самое главное, научись принимать решения.

– И теперь вопрос, который мы задаем всем гостям нашей редакции. Какие градостроительные объекты, построенные в последнее время, вам нравятся?

– Мне многое нравится – «Зарядье», мосты, новые жилые районы, МЦД, столичное метро. Люблю центр города, тем более, что он очень разноплановый. Что я не приемлю, так это категоричности в таких вопросах. Допускаю, что кому-то может нравиться советская застройка Москвы, а кому-то объекты в современном стиле. Недавно на заседании комиссии по монументальному искусству была бурная дискуссия о том, какие арт-объекты необходимо размещать в жилых комплексах. Кто-то предлагал классику, кто-то современное творчество российских скульпторов. Я посмотрела композицию архитектора Леви «Сад камней» в ЖК «Зиларт», мне она показалась уместной и привлекательной. Поэтому считаю, что объекты современного искусства могут стать «изюминкой» новых микрорайонов. Хочется, чтобы архитекторы и скульпторы предлагали городу что-то по-настоящему интересное и запоминающейся, достойное уровня Москвы - одного из главных центров мировой культуры.

Наталья Крол